###Алексей Чередник: «На карьере в сборной поставил крест сам Лобановский» ###

Последние годы он работает тренером-селекционером в донецком "Шахтере". Как и любой человек на своем месте, целиком погружен в насущные проблемы сегодняшнего дня. Но на предложение оглянуться назад легко согласился. Тем более что у 44-летнего Чередника есть все основания вспоминать прошлое с гордостью: чего стоит только звание олимпийского чемпиона, которое он завоевал в Сеуле в 1988 году как футболист днепропетровского "Днепра".

Маршрут судьбы

- Знаю, что вы родились и начинали играть в футбол в Душанбе. Когда и при каких обстоятельствах оказались на Украине?
- Обстоятельства сугубо футбольные. Дебютировал я в "Памире" в неполные 17 лет и пять сезонов отыграл за эту самобытную команду, выступавшую в первой союзной лиге. Мы колесили по городам огромной страны, естественно, нередко заглядывали и на Украину, которая всегда была широко представлена в этом футбольном дивизионе. Судьбоносной для меня оказалась поездка в сезоне-82 по маршруту Запорожье - Никополь...

- В каком смысле судьбоносной?
- Да во всех! В Запорожье, помню, нас "убивали" судьи, и я схлопотал красную карточку, после чего не имел права выйти на поле в Никополе. Однако там меня ожидал еще более крутой поворот. Началось с того, что утром в день игры в моем гостиничном номере вдруг объявился один из тренеров московского "Динамо" Петрашевский. Нежданный гость сразу взял быка за рога: предложил написать заявление в столичный клуб, которому позарез нужен был крайний защитник на место сходившего с футбольной орбиты Маховикова.

- Написали?
- Не раздумывая! Удержаться от такого соблазна 21-летнему парню было невозможно.

Емец сказал: "Все уладим"

- Что-то не припомню, чтобы Чередник сыграл хотя бы один матч за московское "Динамо"...
- Так уже к вечеру того же дня в Никополе все перевернулось! После игры, в которой я по известной уже вам причине не участвовал, подошел тренер "Днепра" Колтун и заговорщически, совсем как в шпионском фильме, предложил следовать за ним... Помню, шел сильный ливень, от которого мы укрылись в "Волге", стоявшей неподалеку от стадиона. Колтун сел впереди, рядом с водителем, а мне предложили обосноваться на заднем сиденье - между начальником "Днепра" Жиздиком и главным тренером Емецом. Оба они, особенно Емец, мужики были крупные, фактурные, "зажали" меня с двух сторон и начали обрабатывать на предмет перехода в "Днепр".

- Что посулили?
- Трехкомнатную квартиру и автомобиль без очереди. Обычный, можно сказать, "джентльменский" набор для таких случаев в советское время. Второе за тот сумасшедший день заявление - теперь уже в "Днепр" - я написал прямо в "Волге" на слегка подмоченном дождем листочке бумаги.

- О таком же листочке, адресованном в московское "Динамо", вы, разумеется, умолчали?
- Наоборот. Сразу обо всем сказал. На что Емец улыбнулся: "Чепуха, это мы легко уладим".

Даже Чебриков оказался бессилен

- "Памир" легко отпустил?
- Сначала все складывалось нормально. Естественно, я поставил в известность руководство "Памира": мол, так и так, собираюсь уйти в "Днепр". Мне ответили: хорошо, доиграй в Душанбе сезон до конца, а потом гуляй на все четыре стороны. Позвонил Емецу. Тот: "Что же, раз так нужно - доигрывай, мы до осени подождем".

- И осенью они вас дождались?
- В принципе - да. Только сложилось все не совсем так, как хотелось бы. Когда закончился сезон в первой лиге, я написал заявление об уходе из "Памира", но меня... не отпустили. Как на грех, в тот год Федерация футбола СССР родила инструкцию, разрешавшую свободные переходы игроков только в пределах одной союзной республики. Стало быть, из Душанбе я мог беспрепятственно перейти, скажем, в Курган-Тюбе, но чтобы за пределы Таджикистана - ни-ни!

- Что предприняли?
- В "Памире" сказал, что вообще завязываю с футболом, и уехал в Днепропетровск. Однако заявить меня в чемпионат СССР 1983 года "Днепру" не удалось. Все оказалось настолько серьезно, что даже вмешательство председателя КГБ Чебрикова, выходца из Днепропетровска, не помогло. В итоге я остался без золотой медали чемпиона страны-83.

Старухину было сложнее

- Чем же занимались целый сезон?
- Играл за дубль "Днепра". Под чужими фамилиями.

- Примерно такая же история десятью годами раньше произошла со знаменитым форвардом Виталием Старухиным. "Шахтер" в буквальном смысле выкрал его под покровом ночи у полтавского "Колоса", разразился скандал, и Старухин тоже целый сезон играл за резервный состав горняков под чужими фамилиями. Но там ситуация осложнялась тем обстоятельством, что эти мифические игроки продолжали исправно забивать голы, привлекая к себе внимание тренеров молодежной сборной СССР. Из федерации футбола стали приходить вызовы, и наставники "Шахтера" вынуждены были выкручиваться...
- (Смеется.) Ну я таких неудобств руководителям "Днепра" априори доставить не мог. Старухин-то забивал, а я - крайний защитник. Можно сказать, незаметный герой.

- Кстати, вы всегда выступали в этом амплуа?
- Всегда. Еще в Душанбе тренеры говорили, что я цепкий и злой в единоборствах, поэтому видели меня только среди оборонцев.

Команда с характером

- Как складывалась ваша карьера в "Днепре"?
- Да вроде грех жаловаться. Команда в те времена показывала стабильную игру, почти каждый сезон завоевывала медали, а в 1988 году судьба вернула мне должок за 83-й - вместе с "Днепром" стал чемпионом СССР. Мы были тогда очень сильны: выиграли золотые медали, невзирая на то, что два сильнейших игрока клуба - Протасов и Литовченко - годом раньше ушли в киевское "Динамо".

- 1988 год наверняка для вас особенно памятен не только благодаря победе "Днепра" в чемпионате. Ведь были еще Олимпиада в Сеуле, победный финал с Бразилией... В чем заключалась сила той сборной?
- Наверное, в характере. У нас почти не было ярких звезд, ну разве что Добровольский и Михайличенко подходили под это определение. Зато царила необыкновенная атмосфера товарищества и единства. Сегодня уже мало кто помнит, но ведь так было: олимпийская сборная того золотого созыва за все время своего существования не проиграла ни одного матча! Ни товарищеского, ни официального. К сожалению, мне кажется, что наш успех в олимпийском Сеуле дома остался недооцененным...

- Почему вы так думаете?
- Сужу хотя бы по прошлогодним событиям, связанным с празднованием 15-летия олимпийской победы. Только благодаря Леше Прудникову, который организовал в подмосковном Краснознаменске наш матч с командой российских эстрадных артистов "Старко", памятная дата хоть как-то была отмечена. Первые лица российского футбола повели себя странно. Президент РФС Колосков сразу самоустранился. Обратились за помощью к Тукманову (он в Сеуле, между прочим, ходил в начальниках советской футбольной команды) - и что услышали в ответ? Дескать, у нас демократия, хотите отметить победу - отмечайте, но на нас не рассчитывайте. Никто из высоких футбольных чиновников на матч в Краснознаменск не приехал. Честно вам скажу, было очень обидно...

Никто не сдавался без боя

- Недооценка сеульской победы, возможно, связана с тем, что Олимпийские игры считались соревнованиями для футболистов-любителей, а профессионалы играли на чемпионатах мира и Европы?
- Это заблуждение. Потому что, именно начиная с Сеула-88 право участвовать в олимпийских футбольных турнирах получили и профессионалы. Правда, за исключением тех, кто прежде был уже "заигран" в мировом первенстве. Зато будущим чемпионам мира выступать на Олимпиаде совсем не возбранялось. Этой возможностью воспользовались бразильцы Ромарио, Бебето, Таффарелл, немец Клинсманн... Футбольный мир открыл их именно в Сеуле.

- Злые языки в свое время утверждали, будто Вячеслав Колосков, отвечавший по линии ФИФА за футбольный турнир в олимпийском Сеуле, воспользовался своим служебных положением и "сделал" для сборной СССР легкую отборочную группу...
- Полная ерунда! Аргентина, хозяйка Олимпиады Южная Корея и США - это, по-вашему, легкая группа? В четвертьфинале мы играли с австралийцами, в полуфинале - с итальянцами... Ни один соперник не сдавался без боя.

Нелетная погода

- Почему в национальной сборной СССР, куда, знаю, вас тоже приглашали, все сложилось далеко не так удачно, как в олимпийской?
- Троих олимпийских чемпионов из "Днепра" зимой 1989 года Лобановский пригласил в сборную. Помню, ездили на тренировочный сбор в Италию, занимались на базе "Интера". Прямо оттуда отправились на товарищеские матчи в Болгарию и Голландию, и я в них участвовал. Потом еще дважды получал вызовы, но в отборочных встречах чемпионата мира с немцами и австрийцами просидел на скамейке. На этом все и закончилось...

- Почему?
- Случилось недоразумение, после которого Лобановский на нас с Володей Лютым поставил крест. "Днепр" проводил встречу чемпионата страны в Волгограде, и мы вдвоем из-за нелетной погоды опоздали в сборную на пару часов. Должны были появиться в Конча-Заспе в 11, а успели примчаться туда из Борисполя на такси только к 13 часам. Уже в холле базы нас встретил администратор сборной Чубаров: "Вас немедленно хочет видеть Лобановский". Поднимаемся к мэтру, заходим, объясняем, мол, так и так, нелетная погода, задержка в аэропорту, это легко проверить... Но Лобановский ничего и слышать не хочет: раз опоздали, значит, "не живете интересами сборной". И просит Чубарова купить нам обратные билеты и немедленно отправить домой. Так закончилась моя "карьера" в национальной сборной СССР.

Чужая территория

- Обидно было?
- Честно? Не очень. После олимпийской команды с ее неповторимой атмосферой корпоративного братства футболистов из разных клубов что-то не тянуло меня в сборную Лобановского. Было такое ощущение, будто попадаешь на чужую территорию, где тебя не слишком-то и ждут...

- "Чужая" - значит, динамовская?
- Именно. Сборная формировалась на базе киевского "Динамо", а футболистов "Днепра" Лобановский явно недолюбливал. Как, впрочем, и наоборот: антагонизм между клубами особенно обострился после того, как были "призваны в армию" и оказались в Киеве Протасов и Литовченко.

- Но ведь Лобановский именно в "Днепре" начинал тренерскую карьеру!
- Это ничего не значило. "Днепр" для "Динамо" всегда был как красная тряпка для быка. Тем более в 80-е годы, когда мы так здорово играли, дважды становились чемпионами страны.

Утер нос Ширеру

- Как вы оказались в Англии?
- Получился опять же совершенно неожиданный, но счастливый поворот судьбы. "Днепр" играл матч Кубка УЕФА с "Адмирой-Ваккер" на выезде. На трибунах сидели скауты из "Саутгемптона" и, что называется, положили на меня глаз. Когда вернулись из Австрии в Москву, в Шереметьеве ко мне подошел Кучеревский и сказал, что прямо сейчас, не заезжая домой, я должен вылететь на просмотр в Англию. Просить дважды тренеру не пришлось. В тот же вечер агент, занимавшийся переходом, встречал меня в аэропорту Хитроу.

- В чем заключалась процедура просмотра и как долго она продолжалась?
- Уже на следующий день вышел на поле в составе дубля "Саутгемптона". Мы выиграли 2:0, и обе голевые передачи были мои. Англичанам это понравилось, и они предложили два-три дня потренироваться с главной командой. Все хотели проверить: чувство позиции, скорость, технику. Особенно запомнился "междусобойчик" по теннис-болу, как у нас называют эту футбольную забаву. Только англичане поднимают сетку повыше - примерно, как в бадминтоне. Что, впрочем, не имело значения для чемпиона "Днепра" в этом виде программы. У "Саутгемптона" тоже был свой чемпион - Алан Ширер. И, представьте себе, я обыграл его почти в одну калитку!

Первопроходец премьер-лиги

- Историческая победа над Ширером окончательно развеяла сомнения англичан?
- Не знаю. Потом наступила какая-то непонятная пауза. Неопределенность. Через два дня интересуюсь у агента: что мы здесь делаем, может, пора мне домой возвращаться, раз все молчат как воды в рот набрали? А агент показывает свежие газеты, где пишут, что на просмотр в "Саутгемптон" приехал футболист из Советского Союза Чередник, которого не прочь видеть в своих рядах еще "Уимблдон", "Куинз Парк Рейнджерс"... И предлагает мой спутник отправиться в столицу: может, там повезет больше. Сказано - сделано. Следующую ночь провели уже в лондонском отеле, а утром - стук в дверь. На пороге - главный тренер "Саутгемптона" Крис Николc и адвокат клуба, у которого в руках - папка с готовым контрактом на четыре года.

- Вы оказались первым советским футболистом в английской премьер-лиге?
- Да. Киевский динамовец Сергей Балтача, правда, в Англии оказался раньше, но его "Ипсвич" выступал тогда в первом дивизионе.

- Трудно было советскому человеку адаптироваться к новым условиям: я имею в виду разность менталитетов, языковой барьер?
- Проблемы, конечно, возникли, но никаких мучительных ощущений, о которых потом слышал от других наших легионеров, я не испытал. Футбол и взаимоотношения людей в нем, по-моему, везде примерно одинаковы. Главное, конечно, язык. У меня был учитель, который трижды в неделю появлялся в нашем доме, и мы вместе с женой штудировали английскую грамматику. Телевизор не выключали ни на минуту плюс языковая среда, в которой находишься постоянно. Уже через три месяца я все понимал, через полгода - заговорил, а через год - видел сны на английском...

Этот странный Брэдфорд

- Как складывалась ваша игровая карьера в "Саутгемптоне"?
- Поначалу все шло прекрасно. Постоянно выходил на поле, мы заняли в чемпионате 7-е место - так высоко "Саутгемптон" никогда не поднимался. Поехал в отпуск домой, и вдруг звонок: в команде сменился главный тренер, и он просит вернуться на неделю раньше. С новым наставником по фамилии Брэдфорд мы покатились вниз, а я перестал попадать в состав.

- Пробовали с ним объясниться?
- Разумеется, я спрашивал, почему его не устраиваю. Он что-то рассказывал про "новую тактику", которая на самом деле свела игру "Саутгемптона" к полному примитиву. Сплошные длинные передачи - и все в борьбу, в скопление игроков. Когда терпение лопнуло, пришел и прямо в глаза тренеру сказал: "Мистер Брэдфорд, вы ввели в заблуждение боссов "Саутгемптона", назвавшись футбольным тренером. На самом деле вы - тренер по регби". Ясно, что после такого заявления больше чем на игру в дубле я рассчитывать не мог.

- И как игралось за дубль?
- Нормально. Даже стал чемпионом Англии среди дублеров.

- Расторгнуть контракт не хотелось?
- Зачем? Они все исправно выплачивали. И потом, прежде чем порвать отношения с одним клубом, надо было подыскать другой. Варианты существовали, но вопрос упирался в рабочую визу, которую в Англии получить очень непросто. У "Саутгемптона", например, на это ушло больше двух месяцев. И это при том, что мне зачли матчи за олимпийскую и национальную сборные СССР. А когда возникли проблемы в "Саутгемптоне", уже не стало даже такой страны, не то что сборной...

Возвращение домой

- Когда вы вернулись домой?
- Осенью 93-го. Сразу, как только закончился английский контракт. Был еще полон сил, находился в отличной форме, и Прокопенко пригласил в "Черноморец". Но, к сожалению, "полетел" мениск, пришлось лечь на операцию. Пока восстанавливался, Прокопенко уехал тренировать "Ротор", а в Одессе главным тренером стал Буряк, который начал омолаживать команду.

- После английской премьер-лиги каким показался вам украинский чемпионат?
- Знаете, я всегда относился к своему делу серьезно, никогда не сравни