###...И тогда эмир отправил сына за Лобановским ###

Он ушел не вовремя, непозволительно рано, но ушел так, как, наверное, и должен был уйти, до последнего момента выполняя свой профессиональный долг. Ушел навсегда. С тем, чтобы навсегда остаться.
О Лобановском не может быть сказано или написано слишком много. Каждый раз, возвращаясь к нему, находишь для себя что-то новое — в его мыслях, понимании футбола, жизненных принципах и поступках было заложено то, что не оставляет равнодушным, заставляет думать, искать, переживать. И обязательно двигаться вперед.

Васильевич опередил свое время. Его методология создания классных команд сегодня на вооружении десятков, сотен наставников из разных уголков земного шара. Его подходы к селекции, универсализации игроков, их функциональной подготовке стали для последователей надежным ориентиром в нелегкой тренерской работе.

Валерий Лобановский никогда не сдавался. Ему неоднократно доставалось за новаторство. Им пытались управлять, направлять в нужное русло и даже одергивать. Он набивал шишки, но всякий раз доказывал свою правоту. И свою состоятельность. Об этом говорят его многочисленные титулы и награды. Об этом свидетельствует народная память о нем.

Большая часть футбольной жизни Лобановского связана с киевским «Динамо». Здесь он становился чемпионом Союза будучи игроком, здесь добился наивысших достижений на тренерском поприще. Лишь иногда Васильевич «отвлекался» от родных пенатов. Об одном из таких периодов в его биографии мы и поговорили с человеком, ставшим для знаменитого тренера близким и родным.

Знакомьтесь — Валерий ГОРБИК, вице-президент Фонда имени Валерия Васильевича Лобановского, член команды помощников Мэтра, отправившихся вместе с ним в 1994 году поднимать кувейтский футбол. И совсем уж по-свойски — зять Лобановского, муж его дочери Светланы, отец внуков — Богдана и Ксении.

Знакомиться с Васильевичем пришелв шортах и тапочках

—Валерий, наверное, не совсем просто быть зятем такого неординарного человека, как Лобановский?
—А как вы думаете? Вот вы сейчас спросили об этом, и мне сразу вспомнился эпизод нашего знакомства. Васильич тогда уже работал в Эмиратах. А мы со Светой только встречаться начали. Прошло время, отношения ладились, и мы решили расписаться. Ну надо же об этом родителей в известность поставить. В общем, на самолет и в Дубай. Прилетаем, сняли номер в гостинице, как следует настроились. Ну и в гости.
Васильевич с женой Адой Панкратьевной жил в шикарной квартире, в самом центре Дубая — жилье снимала им местная федерация футбола, по контракту с которой Лобановский и работал в Эмиратах. А на улице жара — градусов под 40! Все европейские туристы в шортах, летних тапочках. Угораздило и меня одеться столь безалаберно.

Нет, тесть и виду не подал, что ему что-то не нравится во мне, в моей одежде, в поведении. Все расспрашивал о жизни, чем занимаюсь, кто такой. Я и рад стараться — выложил все, как на духу. Васильевич сразу расположил к себе, проникновенно слушал. И только совсем недавно я узнал, что мои шорты и тапочки тогда пришлись ему совсем не по душе. На его взгляд, это было слишком легкомысленно для знакомства. По такому случаю кстати были бы костюм и туфли.

—Вам было что рассказать о себе? Подготовились к встрече?
—Конечно, я очень переживал, можно сказать, стеснялся. Ведь мне предстояло войти в семью очень известного, даже знаменитого человека. А кто я? Простой парень, бывший спортсмен. Родители (родом с Полтавщины) в свое время по комсомольской путевке уехали в Казахстан, оттуда на Кубань. Вот из Краснодара в 1987 году меня и пригласили в Киев «Трудовые Резервы» — было такое спортивное общество. Занимался я боксом, был мастером спорта, выступал на международных турнирах, считался перспективным атлетом.

А потом наступили времена, когда отношение к спорту резко изменилось. «Трудовые Резервы», «Буревестник» и другие малобюджетные общества перестали выдерживать конкуренцию, уже не могли удержать у себя квалифицированных спортсменов. Некоторые из них подались в рэкет, другие в бизнес. Я тоже начал заниматься коммерцией. Организовал фирму, которая занималась поставкой мебели и видео-аудиоаппаратуры для киевских гостиниц «Москва» и «Крещатик». Знаете, что любопытно — технику мы ведь поставляли из Объединенных Арабских Эмиратов!

Ради работы в Кувейте пришлось свернуть бизнес

Так что, когда мы со Светой приехали знакомиться с Валерием Васильевичем, я, конечно, козырнул и этим. На Васильича, похоже, мое занятие произвело кое-какое впечатление — не бездельник, выходит (а бездельников он не любил больше всего!). Единственное, он деликатно намекнул, чтобы в своих коммерческих делах я был безупречен с точки зрения законности. Для Лобановского честь была превыше всего!

Не знаю, услышал ли тесть мое признание о том, что я давно небезразличен к футболу, что занимался организацией турниров на призы клуба «Кожаный мяч», что еще с Краснодара являюсь поклонником киевского «Динамо», но мне показалось, что Васильевич меня принял. Хотя он мало кого подпускал к себе близко, тяжело сходился с незнакомыми людьми. Конечно, о фамильярности, панибратстве не могло быть и речи — я не мог себе позволить, даже представить, что такое возможно. Более того, между нами всегда существовала дистанция, которую я, может, и хотел бы преодолеть, но так и не сумел.

Тем не менее, у нас всегда были честные, доверительные отношения. Я выполнял множество его поручений, которые могли быть даны только мне — второму мужчине в семье. И когда тесть сделал мне предложение поехать вместе с ним поработать по контракту в Кувейт, я практически не колебался. Хотя для этого пришлось оставить все свои дела в Киеве, свой бизнес, свою фирму.

—Интересно, в качестве кого, в какой роли увидел вас Валерий Васильевич на берегу Персидского залива?
—Так получилось, что во время активных занятий спортом я времени зря не терял. Закончил институт физкультуры в Краснодаре, курсы лечебного, гигиенического и спортивного массажа, получил красный диплом физиотерапевта. В общем, подкован был основательно. Правда, на арабов все мои титулы и регалии поначалу никакого впечатления не произвели. Нужно было пройти тестирование непосредственно у них, что совершенно благополучно я и сделал. В итоге право на работу было получено, и в качестве одного из помощников Васильевича я отправился в Кувейт. Вместе с такими известными специалистами, как Веремеев, Ошемков, Базилевич, Морозов, Азаров и другими.

Горячая арабская кровь Лобановскому не указ

—Контракт с федерацией футбола Кувейта у Валерия Васильевича появился на руках в 1994 году, а познакомились вы в 1991-м, когда он возглавлял сборную ОАЭ.
—Причем не только национальную, но и молодежную, а также юношескую команды. Однако доработать в Дубае до конца предполагаемого по условиям соглашения срока Васильичу не довелось. На определенном этапе у него возник конфликтс руководством тамошнего футбола. Вернее, конфликт возник сперва с одним из игроков.19-летний парень мог запросто опоздать на тренировку, не полностью выполнять установки наставника. Васильич занялся его воспитанием. Добавил нагрузку, потребовал приходить на занятия раньше. Тот — ни в какую.

Оказалось, паренек — не из простых. Друг самому шейху. Нашлось кому и компанию ему составить. Конечно, зная Лобановского, можно было заранее предположить, что подобного отношения к делу он не потерпит. Вот Васильич и не включил этих нарушителей дисциплины в состав сборной на Кубок Персидского залива. А в итоге пострадал. Федерация отстранила его от руководства первой командой, оставив в подчинении только молодежь. Начались судебные тяжбы.

Мы со Светой в то время довольно часто наведывались в Дубай и не понаслышке знаем о том, что происходило. Я лично возил документы к юристам: Контракт ведь был официальный, под эгидой ФИФА, поэтому всякая самодеятельность при его соблюдении исключалась. В том числе и вмешательство в работу тренера. Однако Восток, как известно, дело тонкое. Арабы — народ горячий. Уперлись, хоть кол на голове теши. Ну а какой у Васильевича характер, рассказывать, наверное, тоже излишне.

Они там заседают вечером, вызывают его «на ковер». Он: «Извините, у меня рабочий день закончился». Они в 6 утра звонят, требуют к себе объясниться. Он опять предельно пунктуален: «Согласно условиям контракта я могу встретиться не раньше 8-ми часов». В общем, нашла коса на камень. Попикировались какое-то время, потратились на юристов, и Васильич решил, что дальнейшее продление отношений с местными шейхами бесперспективно.

Эмиратовцы, без сомнений, думали, как бы разрулить ситуацию, чтобы не платить Лобановскому. А Васильич сам им заявляет — на соблюдение финансовых условий по оставшейся части срока действия контракта (а это еще почти год!) он не претендует. Выходит, подарил арабам серьезные деньги. Хотя с юридической точки зрения был прав на все сто процентов, что в итоге и было документально подтверждено. Только тренер и никто другой решает, кого ставить или не ставить в состав сборной. Только тренер решает, кого и каким образом готовить для выступлений за сборную. Естественно, тренер же несет ответственность и за результат.

Лишь спустя время, когда мы были уже в Киеве, представители Федерации футбола ОАЭ передали Лобановскому официальное извинение по поводу произошедшего — «мы были неправы», «у нас вскипела горячая арабская кровь», «просим простить нас за возникшее недоразумение». Было выпущено также специальное коммюнике от имени президента федерации, в котором он признавал свою вину и называл Лобановского «благородным и величайшим из тренеров», с которыми ему приходилось иметь дело.

Даже знакомого переводчика из Сирии выписали

—И как Васильевича угораздило после таких злоключений вновь связать судьбу с арабским футболом?
—Он очень болезненно переживал случившееся, часто вслух удивлялся: «Как же так можно! Это же непрофессионально, неправильно. В команде не должно быть нарушителей!» Ему тяжело было отступить от своего понимания футбола. Многие утверждают, мол, вернувшись с Востока, Лобановский стал демократичнее, лояльнее к слабостям игроков. Да нисколечко! Конечно, менялось время, совершенствовались его принципы, он стал больше прислушиваться к чужому мнению. Но при этом оставался профессионалом высочайшего толка. И решения всегда принимал в соответствии с необходимостью, а не по чьей-то прихоти.

Вот и в Кувейт, на мой взгляд, его потянуло, чтобы доказать арабам свою состоятельность, умение добиваться успеха в местных, весьма специфических условиях. Не забывайте, что дело было после войны в Персидском заливе. И хоть оккупация закончилась, Саддам Хусейн стоял у границы, лязгая оружием. Еще недавно процветающая страна пребывала в состоянии крайней бедности. Бюджет был опустошен. Профессиональным футболом и не пахло — в сборной играли студенты, учителя, полицейские, военные.
Однако эмир футбол любил. И это была его последняя воля — пригласить на должность тренера Валерия Лобановского. В Киев была снаряжена делегация во главе с сыном-шейхом, возглавлявшим спортивное ведомство страны. B ee составе оказался нынешний министр обороны, а тогда просто Полковник — так мы его прозвали за наличие трех больших звезд на погонах. И переводчик Фарас — сириец, который работал с Васильичем еще в Эмиратах (не поленились, нашли его в другой стране, что свидетельствовало о серьезности подхода), выпускник киевского инфиза. Остановились в «Президент-Отеле». Туда же на переговоры отправился тесть.

А спустя некоторое время Васильич спрашивает: «Ну что, поедем в Кувейт? Хочешь со мной поработать?» Я, конечно, опешил. Быть помощником у знаменитого тренера — это и огромная ответственность, и, конечно, некоторая опаска, получится ли? С другой стороны, я понял, что Васильевич сам этого хочет. Согласился. Свернул дела, прошел тестирование — и в путь, о чем сегодня ни капельки не жалею.

За Шевченко и Ребровым «следил» по телефону

Вместе с нами в Кувейт тогда отправилась целая группа отечественных специалистов, о которых я уже упоминал. Так вот, официально зарплата по контракту полагалась только Васильевичу, одному из его помощников и переводчику. Таковы были условия. Как пояснил шейх, большей суммы бюджет не выдерживал. Но как быть с остальными членами команды Лобановского? И тогда Васильич принял решение — распределить выделенные деньги в соответствии с возложенными на каждого функциями.
Арабов такой альтруизм Лобановского хоть и удивил, но устроил. В итоге зарплата Васильевича оказалась порядка 25 тысяч долларов в месяц. Согласитесь, не так уж и много для специалиста столь высокого уровня. Это я еще и к тому, что приходилось слышать, будто Лобановский подался в Кувейт за длинным динаром, то бишь — за долларом. Да ничего подобного! Если бы это было так на самом деле, то зачем ему надо было делиться первоначально выделенными деньгами. Мог бы все себе на счет перевести! Просто он не мог без общения, без работы, без живого участия в футбольных процессах.

Помню, уже ближе к концу кувейтского контракта он буквально светился, когда возобновились звонки из Киева — из родного «Динамо». «Там к руководству пришли настоящие профессионалы, люди слова и дела»,— говорил он неоднократно домашним, поясняя свои длительные, порой по полтора-два часа, телефонные разговоры с Григорием Суркисом. При этом Васильич без устали вышагивал длинным коридором виллы, предоставленной в распоряжение его семьи согласно условиям контракта. Представляете, то полное молчание по нескольку месяцев, как будто забытье, а тут звонки, консультации, переговоры. Даже гонец от Григория Михайловича приезжал. Васильич понял, что «Динамо» оживает, это было для него счастьем. Он с упоением просматривал матчи с участием киевлян, что-то помечал, анализировал. Я часто слышал, как он по телефону: «Шевченко и Реброва выпускайте, засиделись на скамейке. И оба белоруса пускай бегают, а не штаны протирают. А вот этого уберите из команды, он все портит!».

Чем ближе к Аллаху, тем достойнее для сборной

Однако до возвращения в Киев еще было далеко, в первую очередь нужно было выполнять условия действующего контракта.

—Васильевич очень дотошно относился к соблюдениювсехформальностей своего нового трудового соглашения. И неукоснительно выполнял все его пункты. Хотя бороться с менталитетом арабов — себе же дороже. Вот и в Кувейте не обошлось без казусов, которые, казалось бы, могли привести к конфликту. Но, наученный опытом, Васильевич тонко обходил подводные камни. И даже превращал потенциально негативные ситуации в позитивные.

К примеру, едем на тренировочный сбор в знаменитую школу городка Руйт, что в Германии (в свое время, если помните, Лобановский неоднократно возил туда динамовцев). В обойме должно быть 25 футболистов, свои администраторы, помощники, повара — все по высшему разряду (для тестирования даже службу Зеленцова из Киева вызывали). Но игроков оказывается 35! Васильич: «Кто разрешил? Почему л