###ПАСУЛЬКО: «Я заставил Лобановского взять меня в сборную» ###

Впервые Пасулько забил «Вердеру» в 1985-м, когда его гол за «Черноморец» на бременском «Везерштадионе» позволил «морякам» пробиться в очередной раунд Кубка УЕФА. А во второй раз Пасулько напомнил о себе немецкому клубу и его поклонникам спустя два года, играя в красно-белой футболке московского «Спартака». Правда, гол, забитый им в концовке дополнительного времени ответного матча в Бремене, не позволил спартаковцам рассчитывать на успех по сумме двух матчей.

Многолетний наставник «Вердера» Отто Рехагель потом будет долго вспоминать парня с пышной шевелюрой, которого после дуэлей с «Черноморцем» хотел видеть в своей команде. Но судьбе было угодно, чтобы билет в Германию один из лучших полузащитников союзного чемпионата взял позже - через год после успешного выступления в составе сборной СССР на Euro-1988, проходившего в этой стране.

С тех пор, как Виктор Пасулько сменил место жительства, прошло почти двадцать лет. За это время он успел поиграть в нескольких немецких клубах и попытать счастья на новом для себя тренерском поприще. А еще - поработать с Рехагелем, которому он помогал в сборной Греции в роли разведчика. Сейчас любимец одесских и московских болельщиков 80-х годов прошлого века живет в небольшом городке Пулхайм под Кельном, где он и назначил встречу корреспондентам «СЭ».

СПЕЦИАЛИСТ ПО «ВЕРДЕРУ»

-Правда, что с Королем Отто вы познакомились еще задолго до сотрудничества в греческой сборной - осенью 1985-го?
-Да, после матча «Вердер» - «Черноморец» Рехагель высказал заинтересованность в моих услугах. Тогдашний председатель ДСО «Водник» Бычихин, ездивший в составе нашей делегации в Бремен, также сообщил, что к руководителям одесского клуба обратился «Вердер» с желанием заполучить игрока под номером «9». Спустя много лет мы с Рехагелем вспоминали тот эпизод. Но вы же понимаете, что подобный трансфер в то время был невозможен.

-Вас можно смело назвать специалистом по «Вердеру». Как считаете, чем отличается сегодняшняя команда с берегов Везера от тай, с которой вам приходилось играть в 80-х?
-Прошло более двадцати лет, но, как мне кажется, в игре «Вердера» мало что изменилось. От своего учителя, Рехагеля, Томас Шааф перенял многое, в том числе систему, тактику. Сегодня Писарро и Уго Алмейда таже, как и нападающие старшего поколения, прекрасно играют головой. Для бременцев характерныподключения с флангов. Команда не очень технична (в отсутствие Диегу - и подавно), действует в силовой манере и добивается успеха за счет физической подготовки футболистов. По моему мнению, самая слабая линия «Вердера» - оборона, и множество пропущенных голов в этом, да и в прошлом сезоне - тому подтверждение. Что же касается игры в атаке, то в хороший день «Вердер» может забить любому сопернику - так, например, был повержен «Милан» в нынешнем Кубке УЕФА. Команда неудачно выступила в чемпионате Германии, и теперь стремится во что бы то ни стало спасти сезон. Для этого нужно выиграть один из кубков - национальный или европейский.

-Как считаете, каковы шансы «Шахтера» в поединке с «Вердером»?
-В финале сложно выделить фаворита. Думаю, что шансы - пятьдесят на пятьдесят. В какой-то мере «Шахтер» имеет небольшое преимущество, играя роль темной лошадки. Горняков до сих пор никто не воспринимал всерьез, а они дошли до главного матча турнира. Это уже большой плюс. Команда стабильно показывает хорошую игру на протяжении нескольких лет, она хорошо сбалансирована, сыграна - все таки уже три-четыре года выступает стабильным составом. В последних сезонах, когда горняки раз за разом вылетали из Лиги чемпионов на групповой стадии, им просто не везло. Начинали-то здорово! Мне кажется, главное преимущество подопечных Мирчи Луческу в том, что они являются очень техничной командой, с удовольствием играющей в комбинационный футбол, способной провести острую контратаку. Уверен, в финале футболисты «Шахтера» выложатся на сто пятьдесят процентов. Это матч особенный, в нем терять нечего. Дай Бог, чтобы донецкий клуб выиграл Кубок УЕФА. Рейтинг украинского футбола постепенно поднимается, и я этому очень рад.

-В этом году на европейском небосклоне зажглась еще одна украинская звезда - «Металлист»...
-К сожалению, матчи харьковчан мне посмотреть не удалось, но слышать о них доводилось. «Металлист» произвел фурор, выбив из Кубка УЕФА «Сампдорию», да и в чемпионате команда играла до недавнего времени неплохо. Мы давно знакомы с Мироном Маркевичем - с тех пор, когда он лет двадцать назад начинал работать во Львове. Рад, что он нашел свою команду. Думаю, сегодняшний «Металлист» - лучшая работа Маркевича в его тренерской карьере.

-А что скажете о «Динамо»?
-У киевлян с приходом Юрия Семина произошли изменения в лучшую сторону. В общем, динамовцы и до этого выступали неплохо, но в их игре не было стабильности, которая появилась уже при новом тренере. В «Динамо» он уже полтора года, и его работа дает результат. Хотя добиться этого, уверен, было непросто - он ведь принял команду, находившуюся в нестабильном состоянии, но в который раз сумел доказать, что является отличным специалистом. За плечами Юрия Палыча богатый опыт, к тому же, он отлично знаком со славянским менталитетом. Но главное, Семин знает, как вывести команду на качественно иной уровень.

-До прихода Семина «Динамо» долгое время топталось на месте. С чем это связываете?
-С тех пор как ушел из жизни Валерий Лобановский, во главе команды успели поработатьМихайличенко, Сабо,Буряк, Демьяненко... Все они прошли его школу. Теперь появился человек со стороны, не исповедующий принципы мэтра. Семин исповедует свой футбол. Если хотите - футбол того, семинского «Локомотива». Он многое изменил, при этом дав возможность некоторым игрокам обрести уверенность. Придя в «Динамо», Семин не стал прибегать к кадровым перестановкам, так как считает, что все должно происходить постепенно. Ему дали время и, как видите, его работа уже приносит плоды.

ГОНЦЫ ИЗ «ДИНАМО»

-Вашему карьерному росту можно позавидовать: за какие-то пять лет пройти путь от команды второй лиги до сборной СССР – такое удается далеко не каждому. Всего этого могло и не быть, не загляни однажды в Черновцы тренер-селекционер «Черноморца» Валерий Поркуян. Его наметанный глаз быстро определил в молодом футболисте «Буковины» будущего игрока высшей лиги?
-Это очень интересная история. Тогдашний визит Поркуяна был связанс другими футболистами. Но в тот день я оказался в лучшей форме, и после игры его уже не интересовали выбранные для просмотра кандидатуры.

-В то время селекционеры, словно герои детективов, часто оказывались в непростых ситуациях. С вашим переходом проблем не возникло?
-Нет. Да и могло ли быть иначе: Валерий Семенович обладает удивительным характером и невероятным, действительно одесским чувством юмора. Пока я ездил из Черновцов домой, в Закарпатье, он уже обо всем договорился с моими родителями.Каким-то образом уговорил их, чтобы они отпустили меня в Одессу. Это был уникальный случай: не успел я утром проснуться, а Поркуян с отцом и матерью уже обсудили условия моего перехода. Тут сыграл роль немаловажный факт: Поркуян был когда-то великолепным футболистом, а мой отец - большим поклонником его таланта. Естественно, кумиру долго уговаривать папу не пришлось. Тот был настолько удивлен, что такой великий футболист приехал к нам домой, что был согласен на все!
Ну а если серьезно, то Поркуян убедил меня, что пора выходить на совершенно другой уровень. Он сказал: «Ничего страшного в высшей лиге нет. Я вижу твои возможности. Уверен, ты сможешь». Благодаря этим словам я действительно поверил в себя. А все остальное было делом Виктора Прокопенко и его команды.

-В советскую пору засверкавшие в украинских командах игроки, как правило, вскоре получали приглашение из киевского «Динамо». В столицу вас из «Черноморца» звали?
-И не один раз. В Одессу не раз приезжали гонцы из «Динамо» - Владимир Веремеев, Михаил Коман и даже Юра Роменский, который потом заканчивал карьеру в «Черноморце». Я несколько раз сдавал билет на самолет, которым должен был лететь в Киев. Что-то каждый раз мешало. К тому же, меня пытались удержать в Одессе - и Прокопенко, и руководство команды. Но уже тогда у меня появилось желание попробовать силы на более высоком уровне, и «Динамо» в этом плане было одним из самых оптимальных вариантов,

-Что все-таки помешало?
-Кто знает, как бы все повернулось, не случись в 1986-м чернобыльской аварии. Моя супруга была в то время беременна, и взвесив все «за» и «против», я не решился лететь в Киев.

-Тяжело было отказать такому клубу?
-Конечно, было непросто. Я понимал, что если не перейду в «Динамо», дорога в сборную будет для меня практически закрыта. Если бы принял приглашение, провел бы за сборную не восемь игр, а, может быть, два-три десятка. Но я выбрал «Спартак». Друзья советовали: если есть возможность, езжай в Москву. Конечно, в чем-то я проиграл. И все же, несмотря на извечное непримиримое соперничество между «Спартаком» и «Динамо», своей игрой, трудом и старанием я заставил Лобановского взять меня в сборную. Ведь просто так, за красивые глаза, в главную команду страны тогда не брали.

НЕПРОЧИТАННЫЙ «СОБЕСЕДНИК»

-Переход в «Спартак» - интересный и вместе с тем несколько неожиданный поворот событий...
-Тогда у меня было множество предложений - от минского «Динамо», тбилисского, московского. Звали в «Арарат», приглашали в московское «Торпедо». Но я для себя решил: играть буду в «Черноморце», киевском «Динамо» или «Спартаке». Кстати, в ту пору многие говорили, что мой стиль игры больше соответствовал спартаковскому. За три года в московском клубе я дважды становился чемпионом СССР и обладателем Кубка. Что касается чисто спортивной стороны - я ни в чем не проиграл. А киевляне и позже меня приглашали - в 1987-м в Москву приезжал Коман. Но к тому моменту я уже стал спартаковцем. Мы в первый же год завоевали золотые медали. Не хотелось подводить Константина Бескова и Николая Старостина, очень поддержавших меня в истории со злополучной газетной статьей...

-...той самой, в «Собеседнике»?
-О, это была особая история. У моей тещи до сих пор сохранился тот номер этого еженедельника. Можете представить: в то время, когда по партийной линии могли наказать не только тебя, но и родных, вдруг выходит такая публикация! Мои родители, как и мать моей жены, все это прочувствовали на себе. Для них это был сумасшедший удар, который не мог не отразиться на здоровье. Была затронута честь нашей семьи, пострадал мой имидж. Отцу невозможно было выйти на улицу. Все смотрели на него с подозрением. Год или два прошли, пока все не улеглось. На тот момент я уже был игроком «Спартака», стал чемпионом.
А до этого меня, наивного парня, который никакой вины за собой не чувствовал и открыто пообщался с представителем прессы, выставили в нехорошем свете. Рассказанную мною историю корреспондент повернул так, как это нужно было одесской команде. Сейчас, по прошествии стольких лет, могу спокойно говорить. Но тогда переход из одной команды в другую считался предательством, не говоря уже о переходе в зарубежный клуб. Это было невозможно, мы такое даже представить себе не могли. А чтобы поменять «Черноморец» на команду из России! Мне бы простили, если бы я уехал в киевское «Динамо», но в «Спартак»!

-А как отреагировали на ту злосчастную статью в московском клубе?
-Бесков сказал мне тогда: «Не читай газету! Мы с Николаем Петровичем этот вопрос уладим. Все будет нормально». Как и советовал Константин Иванович, тот «Собеседник» я не читал.

-Ваш уход из «Черноморца» до сих пор окружен тайной...
-Мне кажется, не хватит места на диктофоне, чтобы записать эту историю целиком. Я действительно не очень хотел уезжать из Одессы. За пять-шесть лет, проведенных в «Черноморце», очень полюбил этот город. Но у меня были совершенно другие амбиции, другие цели. Первые вызовы в сборную СССР я получил, будучи игроком «Черноморца». По наивности думал, что и в Одессе смогу добиться чего-то большого, выйти на более высокий уровень. Как оказалось, я заблуждался. «Черноморец» ставил перед собой цель быть в первой десятке, но не более. Если удавалось прыгнуть выше головы, как в 1984-м, когда мы заняли четвертое место, это считалось огромным успехом. А мне этого было мало. И когда внутри коллектива произошел раскол, мне все советовали уезжать.

ДЖЕНТЛЬМЕНСКИЙ НАБОР ФУТБОЛИСТА

-До сих пор ходят слухи о конфликтах, то и дело возникавших внутри «Черноморца». Говорят, доходило до драк...
-Конечно, по молодости случалось всякое. На тренировках мы пару раз подрались с Ищаком, с Щербаковым. Но выходя на поле, сразу забывали о плохом, были готовы умереть друг за друга. Команда у нас была действительно очень хорошая. Были и другие неприятные моменты - случались нечестные игры. Я тогда был молодым, и нас в известность не ставили. Мы проигрывали, я шел с вопросами к Прокопенко, а он мне рассказывал истории о «задолженностях» прошлых лет... Мне это было непонятно, чуждо.
В конце 1986-го мне говорили в открытую: уходи. Человека неординарного, с характером, прямого, открытого, называющего вещи своими именами коллеги принимают далеко не всегда. Так в любом коллективе. Признаю, я всегда был неудобным, таким и остался. Но иначе вряд ли бы чего-то достиг в жизни. Единственным человеком, кто мог бы сгладить углы, был Прокопенко. Но он не хотел, не мог идти против команды и встать на мою сторону - это было ясно. Вопрос стоял ребром - он или я. И тренер выбрал меня.

-Обида осталась?
-Какие могут быть обиды двадцать лет спустя? По возможности общаемся с ребятами. Вижу их не так часто, чтобы обижаться. Встречался с Игорем Наконечным, когда работал со сборной Молдавии, а он - в тираспольском «Шерифе». В Нью-Йорке виделись с Юрием Смотричем. Разговаривали с Вадиком Плоскиной. С Игорем Белановым до сих пор созваниваемся. Во время чемпионата мира долго беседовали с Семеном Альтманом. Общаемся с Геной Перепаденко, с Юрой Роменским виделись в Швейцарии. У нас очень хорошие отношения.

-Джентельменским набором футболиста в те времена были квартира и автомобиль. При переходе в «Спартак» фигурировали дополнительные стимулы?
-Поверьте, в Москве не платили больше. Когда мы беседовали с Бесковым, он сказал прямо: «Мы не сможем платить вам такую зарплату как в киевском «Динамо» или «Днепре». Квартиру сразу обещали, это был стандарт. А главным преимуществом являлись частые выезды за границу. «Спартак» постоянно участвовал в еврокубках, различных международных турнирах. Зимний подготовительный период, летние сборы проводились за рубежом... За выигрыш золотых медалей чемпионата СССР каждому футболисту была обещана машина, и осенью мы действительно получили по новенькой «Волге». Привилегии у нас были всегда. Где-то одевались, где-то «отоваривались». Сейчас это звучит смешно, а тогда жизнь была такая. В Одессе выплачивали прекрасные премиальны�